Статья Паркера Льюиса “Биткоин не для преступников”

12 месяцев ago George 0

Паркер Льюис, аналитик консалтингового бутика Unchained Capital, ниже приводится перевод его статьи “Биткоин не для преступников”.

Если вы когда-либо слышали (или по какой-то причине считаете), что Биткоин — это, прежде всего, инструмент, используемый преступниками, задумайтесь на секунду о своих друзьях и семье, у которых, возможно, есть немного биткоинов, а затем спросите себя, кто из них относится к рядам известных преступников.

По факту, случаи использования биткоинов преступниками не только имели место, но и были широко обнародованы. Использование Биткоина в незаконных целях становится допущением по умолчанию в силу того, что скептики не могут предложить иную причину его использования. Как правило, это заявление основано на убеждении, что Биткоин уступает доллару, либо из-за того, что он слишком волатильный или слишком медленный, либо потому, что он не является общепринятым для повседневных операций; в силу некорректной расстановки ментальных рамок логическое объяснение тяготеет в тому, что с практической точки зрения кто-то будет использовать Биткоин только для обеспечения какой-либо незаконной деятельности, как правило, в качестве средства уклонения от закона. Ваш любимый сенатор или министр финансов могут время от времени делать подобные заявления, но, к счастью, Биткоин не для преступников; он для всех.

“Очевидная вовлеченность Биткоина в совершение сделок с участием нелегальных товаров и услуг или спекулятивных азартных игр меня утомляет”.

— письмо регуляторам от сенатора Джо Манчина (февраль 2014 г.)

Если бы Биткоин принципиально использовался в незаконных целях, логично было бы предположить, что Биткоин в основном используется преступниками. Поскольку это не так, типичные последующие аргументы в поддержку того, что Биткоин должен быть запрещен для предотвращения такой активности, также не выдерживают критики. Сам фундамент идеи основывается на ложной предпосылке, что биткоин уступает доллару; на самом деле он превосходит любую ранее существовавшую форму денег, главным образом в силу его фиксированного предложения. Фиксированное предложение биткоинов формирует основу фундаментального спроса на монеты, независимо от того, связана сеть с криминальной деятельностью или нет. И независимо от того, сколько транзакций с вендорами Биткоин может совершать в день, он каждый день используется в качестве устойчивой к цензуре и инфляции формы сбережений. Вне сомнения, Биткоин определенно используется любителями наркотиков и гнусными персонажами дарквеба. Однако было бы неразумно полагать, что это его основное предназначение, или что биткоины должны быть из-за этого запрещены. Логически непоследовательно формировать представление о том, что Биткоин является достаточно функциональным, чтобы быть жизнеспособным в качестве валюты для преступников, и в то же время отрицать тот факт, что такой взгляд устанавливает, что Биткоин функционален для всех.

Но прежде чем полностью опровергнуть историю с наркотиками, давайте сначала признаем, что преступники используют любые точки доступа, а не только Биткоин. Дороги, интернет, почта, аэропорты, банковская система и т. д.? Да, все это используется преступниками и часто способствует совершению преступлений. Но опять же, преступники также используют все вышеперечисленное, не совершая при этом преступлений. Именно по этой причине заявление, что Биткоин должен быть запрещен, потому что он поддерживает преступную деятельность является нелогичным. Преступления есть преступления. В инструментах, используемых для облегчения преступлений, нет ничего, что делает их самих по себе преступными. Использование почты для отправки письма маме не является преступлением. Но использование почты для отправки наркотиков — мошенничество. Точно так же, используя доллар для покупки цветов маме, прекрасно. Но покупать наркотики за доллары (или биткоины) — это преступление. Несмотря на использование определенных благ преступниками, никто не призывает к запрету дорог, интернета, почты и т. д. И вы определенно не наблюдаете известных защитников общественного интереса, призывающих к запрету доллара, который, как оказалось, повсеместно является предпочтительной валютой финансирования преступной деятельности. Конечно, страх перед преступной деятельностью использовался для того, чтобы посягать на права законопослушных граждан, казалось бы, повсюду, но убеждение в том, что Биткоин должен быть запрещен, потому что его используют наркодилеры, ничем не отличается от призывов к запрету доллара по той же причине.

Упущение сути

Такая точка зрения становится гораздо более несостоятельной, если понять, что Биткоин на самом деле не для преступников. Но чтобы понять это, нужно также понимать, что Биткоин также предназначен и для преступников в том числе. Это парадокс. Сама идея переворачивается с ног на голову, если смотреть сквозь подходящую призму. Тот факт, что преступники могут использовать (и использовали) Биткоин для облегчения торговли, просто демонстрирует, что Биткоин можно использовать для упрощения любой формы торговли. Тот очень ранний и широко разрекламированный случай использования биткоинов был связан с сайтом Шелковый путь (Silk Road). Этот сайт упрощал осуществление транзакций с участием наркотиков и других незаконных товаров и использовал биткоин в качестве платежного средства. В более широком смысле это ничего не меняет: Биткоин работал. Но вместо того, чтобы сосредоточиться на этом факте, исследования биткоинов часто пытаются доказать обратное, что лишь небольшой процент Биткоин-транзакций используется в незаконных целях. Например, заголовок прошлого года:

“Новое исследование показало, что менее 1% операций с биткоинами на биржах являются незаконными”. (Coincenter, январь 2018 г.)

Суть может быть и в этом, но эти контр-нарративы придерживаются неверного пути в своей борьбе. Если Шелковый путь что-то и демонстрировал, так это то, что люди принимали биткоины, как форму оплаты в обмен на товары и услуги. Неважно, что товары, продаваемые на сайте были, как правило, незаконными. Шелковый путь, который, по оценкам, способствовал более, чем миллиону транзакций, был одной из самых ранних демонстраций реального массового использования биткоина. Так что да, биткоин используется (и использовался) для сделок с вовлечением наркотиков, но это всего лишь один из вариантов использования, который помог доказать общую полезность Биткоина, не более того. И когда дело доходит до покупки наркотиков, наркодилеры предпочтут биткоину доллар, несмотря на то, что в большинстве своем они знают о биткоинах и имеют возможность их принять. Будь то в ответ на историю Шелкового пути или по другим причинам, любой, кто приходит к выводу о том, что “биткоин работает на наркотики”, не видит леса за деревьями. Более значимый и разрушающий данное заявление вывод состоит в том, что Биткоин работает. Точка.

Если биткоин может быть полезен наркодилерам для облегчения торговли, не может ли он “работать” для облегчения какой-либо другой формы торговли? Чтобы проследовать логической цепочке особого воображения не нужно. Если индивид А примет биткоин за товар Б, возможно ли, что кто-то захочет принять биткоин за любой товар, независимо от того, кто участник и что за товар? В случае Шелкового пути наркодилеры, возможно, не до конца поняли, почему биткоин “работал”, но он работал достаточно хорошо, чтобы они принимали его в качестве оплаты за наркотики. При этом они, казалось бы, поняли, что рыночный спрос на биткоин был достаточным, чтобы сделать его жизнеспособным в качестве средства обмена. И поскольку он выступил в роли электронного механизма для облегчения транзакций, он открыл рынок и рыночный механизм, который в противном случае мог бы быть недоступен. Нравится вам это, или нет, это был просто рынок, использующий преимущества новых технологий.

Несмотря на существование биткоина, торговцы наркотиками волшебным образом не прекращают принимать доллары в качестве предпочитаемой валюты финансирования. Они также не прекращают отмывать доллары обратно в банковскую систему. Наркоторговцы Шелкового пути не использовали биткоины просто для того, чтобы уклониться от закона, и при этом доллар внезапно не перестал быть средством обмена при торговле наркотиками; они использовали биткоин, потому что он был функционален и потому что он удовлетворял потребности рынка. Если бы биткоин не функционировал и если не ожидалось, что он будет удерживать определенный порог ценности в течение определенного временнóго горизонта, он не был бы использован в качестве средства обмена на Шелковом пути. Целью наркоторговцев в конце концов не является потеря денег. Но важнее то, что каждый раз, когда кто-то выражает обеспокоенность тем, что Биткоин используется преступниками в незаконных целях, будь то сенатор США или министр финансов, по умолчанию следует задать вопрос: почему биткоин в первую очередь работает как средство, способствующее коммерции?

Лакмусовая бумажка

Сосредоточение внимания на преступниках отвлекает от более фундаментальных вопросов и последствий. Если биткоин может сработать для преступника, он может сработать для любого, и для того, чтобы биткоин был жизнеспособным в качестве валюты, он должен работать для всех, включая преступников. Однако это не реклама преступной деятельности с использованием биткоинов в качестве механизма финансирования; это просто признание свойств, которые изначально позволяют биткоину функционировать. Расценивайте преступную деятельность как лакмусовую бумажку. Если биткоин не работает для наркодилеров, он не работает ни для кого. Но если он им полезен, он может быть полезен каждому. Если бы можно было подвергать цензуре (или предотвращать) операции с биткоинами, относящиеся к определенной деятельности или определенным лицам, можно было бы подвергать цензуре любую деятельность и любых лиц. И если бы была возможность цензурировать какой-либо род деятельность или отдельные лица, это были бы преступные предприятия. Попытки уже предпринимаются.

“Управление по контролю за иностранными активами Министерства финансов США (OFAC) наложило санкции на трех китайских граждан и адреса их криптовалют, утверждая, что они нарушили законы об отмывании денег и контрабанде наркотиков […] Агентство также огласило ряд адресов биткоинов […], которые, согласно агентству, принадлежат гражданам Китая”. (Coindesk, август 2019 г.)

Признайте, что в этом контексте “работающий” Биткоин — это, в частности, ссылка на уровень сетевого протокола. Желает ли компания или частное лицо принимать биткоины с адреса под санкциями OFAC, замораживает ли стороннее финансовое учреждение счет, связанный с данным адресом, не имеет большого значения для долгосрочной жизнеспособности Биткоина. На самом деле важно лишь подтвердит ли сеть транзакцию, полученную с санкционированного адреса, подтвердит ли сеть блок, который включает в себя такую ​​транзакцию. Другими словами, будут ли Биткоин-майнеры или ноды отклонять такую ​​транзакцию, несмотря на то, что она действительна относительно правил консенсуса сети. Биткоин жизнеспособен как валюта только потому, что он децентрализован. Но децентрализация не является самоцелью. Конечный результат — сопротивление цензуре. И цель данного исхода не защита преступников. Цель — защита основ функционирования валютной системы.

Сопротивление цензуре: все или ничего

Устойчивость к цензуре является наиболее важным свойством сети. В противном случае имели бы место произвольные изменения и непоследовательное исполнение правил сети; сама сеть была бы неработоспособна. Наиболее важным из этих правил является исчисляемая редкость самой валюты. Сопротивление цензуре подкрепляет редкость, а редкость поддерживает сопротивление цензуре. Биткоин становится более устойчивым к цензуре по мере масштабирования, поскольку сеть со временем становится более децентрализованной. По мере роста распространения каждый участник (в основном) контролирует постоянно уменьшающуюся долю фиксированного предложения сети, и именно редкость валюты, в первую очередь, стимулирует распространение. По мере дальнейшей децентрализации сети любому человеку или бизнесу становится все труднее цензурировать сеть. Однако, в любой момент времени, практически невозможно выяснить и в конечном итоге неизвестно, достаточно ли Биткоин устойчив к цензуре. Вместо этого, устойчивость к цензуре может быть проверена лишь временем и измерена каждой неудачной попыткой подвергнуть сеть цензуре.

С практической точки зрения риск цензуры, в основном, проявляется в двух формах: принуждение к изменениям согласованных правил сети или обратимость (или предотвращение) действительных транзакций. Любой, не требуя на то разрешения, может получить доступ к сети Биткоин, запустив полную Биткоин-ноду. Каждая нода может передавать транзакции остальной части сети; она также проверяет полную историю цепочки блоков и каждый последующий блок относительно общего набора правил. Благодаря этой операции, ноды, распределенные по всему миру, могут прийти к общему согласию относительно действительного состояния владения биткоинами в сети на децентрализованной основе, и никто не вынужден доверять какому-либо другому участнику. Правила консенсуса Биткоина — это общий язык, который координирует всех пиров в сети, но ни одна из сторон не диктует правила; выбор каждого доброволен. Если бы какая-либо отдельная сторона или центральный орган(ы) могли навязать изменение сети или повлиять на активность в сети таким образом, что это превратило бы действительную транзакцию в недействительную, это продемонстрировало бы, что сеть была недостаточно децентрализованной, чтобы противостоять цензуре.

Но как насчет преступников, и какое отношение к этому имеет устойчивость к цензуре? Если бы можно было подвергать цензуре преступную деятельность в сети, будь то путем запрета доступа к сети, или посредством предотвращения подтверждения валидных транзакций, это продемонстрировало бы, что сеть недостаточно децентрализована, чтобы обеспечить устойчивость к цензуре. Сеть Биткоин не имеет представления ни о преступности, ни о том, кто ее определяет. Сеть аморальна и аполитична. Все, что Биткоин распознает (при проверке транзакций) — это правила консенсуса; Биткоин — замкнутая система. Биткоин-транзакция действительна, если она соответствует правилам консенсуса сети; если бы соответствия не было,не было бы и подтверждения. Если бы преступная деятельность могла подвергаться цензуре, это просто доказывало бы, что любая деятельность может подвергаться цензуре. Но это еще не все. Если бы какая-либо деятельность в сети могла быть подвергнута цензуре, сеть в целом была бы уязвимой. Факт того, что отдельную транзакцию можно предотвратить или подвергнуть цензуре, установит, что правила консенсуса сети также будут подвержены риску.

Биткоин не может быть частично устойчивым к цензуре, точно так же, как женщина не может быть частично беременной.

Сопротивление цензуре — это инициатива “все или ничего”. Оно либо есть, либо его нет. А если его нет, то все в опасности, включая фиксированное предложение биткоинов в 21 миллион. Это число и уверенность в редкости биткоина лежат в основе любого другого экономического стимула, который позволяет сети Биткоин функционировать и накапливать ценность, включая механизм, с помощью которого сеть приходит к консенсусу. Признание того, что сеть Биткоин всегда будет в некоторой степени использоваться в незаконных целях, не является какой-то либертарианской причудой. Напротив, это признание того, что для того, чтобы биткоин был функционален и жизнеспособен как валютная система, он должен быть таковым для всех. Если кто-то может помешать кому-либо использовать сеть, будь то частное лицо, организация или правительство, Биткоин рискует потерпеть неудачу. Цензура в Биткоине на уровне протокола не является эквивалентом PayPal, отказывающего физическому лицу или компании в сервисе; это также не эквивалентно закрытию Банком Америки текущего счета или платежной системе Visa, блокирующей транзакцию. Биткоин является эмитентом валюты и механизмом расчета. Любая эффективная форма цензуры подорвет систему в целом, поэтому деятельность, наиболее подпадающая под цензуру, является лакмусовой бумажкой для остальной сети. Если не было возможности подвергнуть цензуре наиболее рискованную деятельность, это подтверждает, что Биткоин надежно работает повсеместно.

Биткоин для всех

В конечном счете, Биткоин представляет собой технологический прогресс в глобальной конкуренции за деньги; это превосходный преемник существующих фиатных валютных систем, даже если его осознание не является достаточно глубоким или широким на сегодняшний день. И в качестве продолжения идеи, обсуждаемой в “Биткоин не может быть забанен”, любой, кто призывает к запрету Биткоина в силу убеждения, что он способствует преступной деятельности, одновременно признает, что биткоин функционирует как валюта. Следовательно, если биткоин играет важную роль в содействии торговле, связанной с незаконной деятельностью, и, несмотря на все усилия влиятельного регулирующего органа, ipso facto, он также может быть полезен для любой другой формы торговли, в том числе с участием законопослушных граждан. Практически, действуя в рамках этой реальности и признавая, что биткоин является редким ресурсом, предполагать, что на сегодняшний день или в будущем его использование ограничится рамками дарк веба не логично.

Конкуренция за биткоины носит глобальный характер. Со временем участники, генерирующие наибольшую относительную стоимость, будут накапливать наибольшее количество биткоинов. Думать, что те, кто вовлечен в незаконную деятельность будут составлять бóльшую долю будущей экономики биткоинов по сравнению с занимаемой ими долей в сегодняшней долларовой экономике, не рационально. И призывать к запрету Биткоина — это все равно, что бояться собственной тени. Мало того, что это было бы нецелесообразно на практике, не забывайте, что деятельность, которую такая политика стремилась бы предотвратить, сегодня обеспечивается долларом, причем, в гораздо больших пропорциях. Это было бы равносильно выплескиванию ребёнка вместе с грязной водой. Мы принимаем плохое, как неотъемлемую часть хорошего, признавая, что в силу самой природы Биткоина решать не нам. Всегда есть компромиссы, и в этом случае биткоин неизбежно будет использоваться в незаконных целях, это компромисс, который мы с радостью примем в обмен на экономическую стабильность, обеспечиваемую не подвергающейся манипуляциям мировой валютой. Как и в случае с любой технологией, ценность найдет свой путь к тем, кто использует биткоин наилучшим образом, и эту функцию может определить только рынок. Чистая выгода не будет нулевой суммой, и, так же, как интернет не предназначен для наркоторговцев и террористов, биткоин не предназначен для преступников. Он предназначен для всех.

“Гораздо важнее защищать невиновность, чем наказывать за вину, потому что вина и преступления совершаются настолько часто в этом мире, что наказать каждого невозможно. Но если сама невинность предстанет перед судом и будет осуждена, возможно, на смерть, тогда гражданин решит: “Творю я добро или делаю зло, не имеет значения, ибо сама невиновность не является причиной оправдания”, и если подобная идея завладеет разумом гражданина, это положит конец безопасности”, — Джон Адамс

“Управляйте мудро, управляйте как можно меньше” — Сэм Хьюстон

Заключительная мысль (украденная у @martybent): История будет оглядываться на Росса Ульбрихта, предполагаемого основателя Шелкового пути, с гораздо большим одобрением, чем на центральные банки во всем мире. Не из-за наркотиков, а из-за Биткоина.

Представленные взгляды принадлежат исключительно мне, а не Unchained Capital или моим коллегам. Спасибо Филу Гигеру и Уиллу Коулу за рецензирование и за ценную обратную связь.

источник: https://medium.com

Нам очень интересно ваше мнение! Оставьте свой комментарий пожалуйста!